КРАСНЫЙ ЖЕЛТЫЙ ЗЕЛЕНЫЙ СИНИЙ
 Архив | Страны | Персоны | Каталог | Новости | Дискуссии | Анекдоты | Контакты | PDAFacebook  RSS  
 | ЦентрАзия | Афганистан | Казахстан | Кыргызстан | Таджикистан | Туркменистан | Узбекистан |
ЦентрАзия
  Новости и события
| 
Суббота, 24.04.2021
20:05  Байден официально признал геноцид армян в Османской империи. Турки в ярости...
13:37  Живущие в Индии описали кошмар с коронавирусом: "Люди в панике"
13:34  Горящие туры: почему досрочные выборы в Армении ничего не изменят, - И.Кармазин
13:33  Перед лицом переговоров по иранской ядерной сделке Израиль рискует остаться в изоляции, - Le Monde
13:31  Белое безмолвие. Хлопковые рабы Синьцзяна, - В.Дубровина
13:29  В Туркестане начал разваливаться крупнейший в ЦА туристический комплекс
13:12  Русские "вагнеровцы" раcпинали негров, прикончили президента и захватывают Чад, - The Times

12:19  Спасатели обнаружили пропавшую подлодку ВМС Индонезии. На дне...
10:11  Суд над Шовином в США: черные начинают и выигрывают, - А.Филиппов
10:07  Как Каримов пытался отжать у Таджикистана Ходжент, - вспоминает дочь президента Набиева
09:53  Рабство власти и капитуляция оппозиции: как Запад наклонил Грузию? - Бесо Барбакадзе
08:53  Гиндукуш в политической, военной и экономической истории Средней Азии, - В.Прямицын
08:21  Однополярный мир закончился: если Штаты не подвинутся - их уничтожат, - Л.Корсунова
08:13  Путин де-факто признал ДНР и ЛНР и вышел из Минских соглашений
07:47  Кто дирижирует хором кыргызских НПОшников? - "ВечБишкек"
07:40  Китай велел США не путать демократию с Coca-Cola
07:33  Кому война… Казахстанские бенефициары выгоды от пандемии короновируса. Ч. 2, - Е.Косенко
07:30  В прошлом году в бюджетных учреждениях Узба было расхищено свыше 301 млрд сумов
Пятница, 23.04.2021
21:45  Гомосеки - рулят! Блинкен (ГосДеп США) приказал поднять флаги ЛГБТ на всех американских посольствах
21:18  Гражданство есть. А права? Как жители ЛДНР становятся россиянами, - "ЛГ"
20:57  О суверенитете и инстинкте услужливости, - С.Черняховский
18:34  В чем смысл аскетизма? И почему современным казахам осталось недолго паразитировать на энергиях прошлых поколений, - Н.Даутбеккызы
14:34  Беспорядки в Кордае: что изменилось спустя год после погромов
14:31  Пожалуйте в ад. "Тик-ток" убивает наших детей
14:30  Новый колониализм: Европейский союз давит на Россию, - Г.Смирнова
14:26  В Киргизии выведена и зарегистрирована новая порода жопастых баранов - "Арашан" (см. фото, облизываемся)
14:24  Волны как барханы. Каспийское море стремительно... опустынивается
14:23  Таласской битве между арабами и китайцами исполняется 1 270 лет
14:21  Время перемен в России, - Руслан Устраханов
14:10  Дегенеративное "Россотрудничество". Обертку поменяли, начинку - нет...
14:06  Война на встречных курсах – Дерек Шовен и меняющийся облик Америки, - В.Прохватилов
13:47  Ганимые Гани. От США потребовали уйти из Афганистана без оружия и техники
12:41  Как администрация Байдена попала в тактический тупик, - Дмитрий Дробницкий
12:25  American Conservative: пора лечить американские психозы по поводу Украины
12:22  Узгенские кыргызы требуют не передавать земли вокруг Кемпир-Абадского водохранилища Узбекистану
11:15  Джо Байден попадет в армянскую историю. Президент США готов предъявить Турции счет за геноцид, - С.Строкань
11:11  В Узб-школах выявляют геев по длине носков...
11:08  Букве Н добавили "шапочку" (вместо "хвостика"). Последние изменения в новый КазЛатиноАлфавит
11:06  О коронавирусе и казахстанской современности, - Д.Ашимбаев
10:37  Экс-глава СНБ Армении Ваценян задержан по делу о подготовке убийства премьера Пашиняна
10:34  В Киргизии отложили целебные корешки и начали массовую вакцинацию "Спутником V"
10:32  Туркменских госслужащих замучили бесконечными "субботниками"
09:14  Арийская евгеника и расистская медицина. "Лебенсборн" и "Аненербе" – филиалы ада, - Борис Хавкин
09:05  Умер уроженец Ташкента, популярный российский актер и телеведущий Олег Марусев
08:42  Восстание Тарасиков. Анонсированные массовые акции "навал-оппозиции" в России провалились
08:09  Как противостоять идеологии мадхалитов. Бывают ли моджахеды "умеренными"? - А.Шауметов
08:07  Конец офшорного глобализма. Кому будут платить налоги транснациональные корпорации? - С.Анураев
00:08  Зачем Москве Пекин, зачем Москва Пекину. Возможен ли военный союз России и Китая, - В.Винокуров
00:04  Русско-чешская дипломатическая война, - А.Халдей
Четверг, 22.04.2021
22:37  Деспоты и харизматики. Занятную эволюцию претерпевают некоторые постсоветские режимы Центральной Азии, - А.Дубнов
21:54  "Многие предались коррупции", - Мирзиеев запугивает свое окружение
Архив
  © CentrAsiaВверх  
    Казахстан   | 
Кому война… Казахстанские бенефициары выгоды от пандемии короновируса. Ч. 2, - Е.Косенко
07:33 24.04.2021

Кому война… Часть вторая
Казахстанские бенефициары выгоды от пандемии короновируса

Евгений Косенко, 21 апреля 2021

Диагностируй это…
В марте этого года Агентство по противодействию коррупции сообщило об очередной раскрытой сети по продаже фиктивных справок с отрицательным результатом анализа ПЦР-теста. На сей раз "отличились" медицинские работники Кызылординской области:
– Хотелось бы озвучить уголовное дело, вызывающее моральное недопонимание, которое зарегистрировано буквально на днях, – рассказывал в ходе брифинга следователь по особо важным делам Данияр Бигайдаров. – Антикоррупционной службой Кызылординской области начато расследование уголовного дела сотрудников двух медучреждений, которые на систематической основе без фактического прохождения тестирования продавали справки с результатами отрицательных ПЦР-тестов на КВИ. Незаконные вознаграждения были от семи тысяч тенге за одну справку. Эти деньги медработники получали под видом необходимости передачи взятки должностным лицам регионального филиала национального центра экспертиз. Тем самым преступными действиями медработников риску подверглись неограниченное количество граждан региона, а также республики…
Не знаю как насчет "морального недопонимания", но "материальное понимание" здесь вполне очевидно. Суммы "черного нала" конечно невеликие, но что называется – "на молочишко" хватит. Особенно, если "основа систематическая", а то, что она систематическая, можно судить и по аналогичным прецедентам из других регионов страны. Единственное, что лично мне не совсем понятно, так это – зачем без явных признаков заболевания покупать "липовую" справку за семь тысяч, если же примерно за эти деньги тест можно сдать вполне легально (дороже стоит лишь ускоренное получение результатов)? Да и отсутствие данных в единой базе, тоже, на мой взгляд, не добавляет ценности этому "документу".
Но факт остается фактом. "Малый бизнес" идет достаточно неплохо, значит – устойчивый спрос существует. И здесь мы начали отставать от соседней РФ, где уже с месяц как развернута масштабная подпольная торговля не какими-то справками о ПЦР-тестах, а целыми сертификатами об успешном прохождении вакцинации.
Кстати, торговцы фальшивыми справками о прохождении ПЦР-теста в эти дни могут отмечать годовщину своей "творческой деятельности", так как таковые возникли буквально сразу же после появления самого тестирования. Впрочем, обо всем по порядку.
Во второй половине апреля прошлого года в Казахстане было объявлено о возможности пройти ПЦР-диагностику индивидуально и в частном порядке. До этого в частных лабораториях тестирование не проводилось. Например, в Алматы ПЦР-тесты делали только на базе трех аккредитованных лабораторий: Национального центра экспертизы, Казахского научного центра особо опасных инфекций имени Масгута Айкимбаева и Научно-практического центра санитарно-эпидемиологической экспертизы и мониторинга. В эти лаборатории и направлялись анализы первых больных с подозрением на COVID-19.
В середине апреля работавшая тогда главным санитарным врачом Айжан Есмагамбетова объявила о том, что за счет спонсорской помощи фонда "Birgemiz" закуплены 96 тысяч экспресс-тестов для так называемых "групп риска". В первую очередь, экспресс-тестирование должно было начаться в Нур-Султане и Алматы. Причем бесплатно. В качестве же аккредитованной лаборатории был выбран центр, точнее сеть клинико-диагностических лабораторий "Олимп" (основанная в 2007 году бывшим чиновником Комитета фармации Минздрава Ерланом Сулейменовым).
Еще через некоторое время были закуплены порядка 600 тысяч китайских тест-систем для диагностики, которые распределялись между лабораторий Национального центра экспертизы и сертификации в столице, лабораторией Национального центра общественного здравоохранения в Алматы, все тем же "Олимпом" и добавившимся в список еще одним сетевым лабораторным центром "Invivo" (франшиза с российско-американскими корнями). С этого момента, собственно, и началась эпопея с массовым тестированием населения, которая в скором времени приобрела весьма скандальный оттенок.
Для начала буквально на глазах пошел рост цен. Единственным, кто некоторое время попытался держать первоначальные тарифы, был Национальный центр экспертизы, а вот у "Олимпа" и "Invivo" динамика была куда как более впечатляющая – с изначальных 5 400 тенге в середине апреля уже к концу месяца произошел резкий ценовой скачок до 15 400 тенге, затем 18 500 тенге в мае и наконец, к лету был поставлен рекорд в 20 500 тенге за один анализ. К этому времени сеть лабораторий, проводящих экспертизу, уже существенно расширилась. Сначала, к ним добавился медицинский центр "Сункар", затем количество "игроков" на рынке ПЦР-тестов (а по иному как "рынок" это назвать было нельзя) достигло 34 участников.
Постепенно сложилась и структура этого самого рынка. Так, по данным Агентства по защите и развитию конкуренции, к лету 2020 года 61% объемов занимал КДЛ "Олимп", 12% – Национальный центр экспертизы и 5% – "Invivo". Остальным лабораториям и центрам в совокупности досталось 22% ковид-диагностического рынка. Что же до количества анализов, то, по официальным данным Министерства здравоохранения той поры, один только КДЛ "Олимп" ежедневно проводил по стране до 8,5 тысяч тестов...
Надо отметить, что стремительный рост тарифов на анализ начал беспокоить казахстанцев еще в апреле. Первым попытался разъяснить положение дел в своем онлайн-выступлении тогдашний председатель правления ТОО "СК-Фармация" Берик Шарип:
– ПЦР-тестирование – это недешевый метод. 10 долларов – это стоимость только самого теста. Плюс нужен набор для выделения рибонуклеиновой кислоты, он стоит три доллара, плюс пробирки, зонды с тампоном, транспорт. Персонал, который работает, относится к четвертому уровню опасности. Их надо защищать, закупать средства индивидуальной защиты – очки, маски. В свою очередь, тесты тоже бывают разные – есть подешевле, есть подороже, есть чувствительные к коронавирусу, есть неточные. Мы закупаем те тесты, которые использовались в Ухане и подтвердили свою эффективность. Нам предлагали тесты из Великобритании, из Турции, были тесты за 5-7 долларов. Но точность наиболее важна…
А в заключение своего увлекательного научно-познавательного рассказа глава "СК-Фармации" внезапно заявил, что вообще-то к ценовой политике его ведомство не причастно и что с этим делать он и сам не знает:
– Что касается цен в КДЛ "ОЛИМП", то "СК-Фармация" не сотрудничает с частными структурами. Для них тестирование – это бизнес, мы на них повлиять никак не можем. И мы не знаем, какова у них себестоимость, потому что мы не знаем, почем и у кого они покупают тесты…
В общем, так продолжалось пару-тройку месяцев. Параллельно с ростом цен буквально по всем социальным сетям "из уст в уста" разлеталась информация о том, что платить столь баснословные суммы на анализы совершенно не обязательно и соответствующую справку куда дешевле можно купить "с черного хода" некоторых не сильно щепетильных в моральном аспекте лабораторий. Тем более, что единых электронных баз данных (вроде нынешних Единого интеграционного портал ПЦР-исследований" и "Центра контроля COVID-19 Министерства здравоохранения") тогда еще не было, да и когда они начали создаваться, то работали, мягко говоря, нестабильно.
Помимо расползания по стране сотен фальшивых справок, еще через некоторое время в прямом смысле "с багажников" стали торговать самими ПЦР-тестами.
"Жители Алматы без разрешающих документов на предпринимательскую деятельность пытались продать всем желающим ПЦР-тесты на COVID-19 и были задержаны. Они рассчитывали реализовать семь тысяч тестов на 32,9 миллиона тенге. В ходе проверки был установлен автотранспорт, в багажнике которого обнаружено и изъято 2 225 ПЦР-тестов производства КНР", – сообщала в начале лета пресс-служба Комитета по финмониторингу Министерства финансов.
Между тем, ропот по поводу тарифов все усиливался. И возможно для того, чтобы дать понять недовольным "кто в доме хозяин", в начале лета тестирование внезапно попросту прекратились.
"Олимп" объяснил это "профилактическими работами", "Invivo" – "расширением лаборатории из-за высокого спроса". Кроме того, в народе стала расходиться информация о возникшем дефиците самих реагентов.
И хоть чиновники от Минздрава уверяли в обратном; например, на состоявшемся 18 июня брифинге в СЦК, тогдашний вице-министр здравоохранения Лязат Акстаева доказывала, что никакого дефицита тестов в стране нет и быть не может: "В наличии сейчас есть свыше 390 тысяч тестов. На два города – Нур-Султан и Алматы есть порядка 200 тысяч тестов. Если сейчас идет около 28 тысяч тестов в сутки, то мы доведем до 30 тысяч тестов. В течение следующих 10 дней будет проведен закуп одного миллиона 200 тысяч ПЦР-тестов", сами медцентры твердо придерживались ранее выбранной тактики и информировали о том, что как минимум до 24 июня никаких проб браться не будет.
Дополнительно ситуацию подогрела и весть о том, что, оказывается, ПЦР-тесты производятся в самом Казахстане, причем стоимость их вполне доступна – 2,7 тысячи тенге. Только вот закупать их почему- то никто не спешит.
Генеральный директор сертифицированной казахстанской компании-производителя тест-систем "Диамед Азия Тест" Алтай Калымбетов сообщил в СМИ, что Министерство здравоохранения по неизвестным причинам не стало закупать у предприятия наборы ПЦР-тестов на коронавирус:
– Министр Биртанов к нам приезжал, посмотрел нашу производственную площадь. Потом после него приезжал вице-министр, затем председатель правления "Самрук-Казына Фармация". Они выяснили, что предельная мощность нашего производства – 100 тысяч анализов в день. При плановых и гарантированных закупках наше предприятие, и я это говорил министру, можем снизить цены до четырех долларов за анализ. Сейчас у компании есть запас компонентов на два миллиона анализов. Чиновники все посмотрели и сказали "хорошо", то есть, приняли к сведению. Но никаких контрактов заключать не стали Я бы не стало об этом говорить публично, если бы с удивлением не обнаружил, что якобы есть дефицит ПЦР-тестов. А вместе с этим, продолжается игнорирование нашего производства...
– Действительно в Казахстане, в Алматы, производят тесты. В неделю 500 тысяч казахстанских тестов производят. Цена одного теста – 2 700 тенге. Такого объема достаточно, чтобы покрыть внутренние нужды, – в целом, подтвердили эту информацию журналистам в Национальном центре экспертизы лекарственных средств и медицинских изделий. Но вот рассказать, почему этих реагентов нет в клиниках, также затруднились.
Как уж там развивалась бы ситуация с тестированием дальше, доподлинно сказать будет трудно. Да и зачем гадать, если решительные коррективы в ее развитие внес глава государства:
– Несмотря на расширение сети лабораторий и снижение стоимости тестирования во всем мире, цены в Казахстане остаются весьма высокими – до 18 тысяч тенге. Кроме того, наблюдается тенденция снижения объемов тестирования, – заявил Касым-Жомарт Токаев на совещании по подготовке ко второй волне короновируса. – Полагаю, что это неприемлемая сумма для значительной части населения. От правительства и акимов требуется решить вопрос финансовой доступности тестирования…
И как в случае с описанной ранее ситуацией с поставками лекарств выяснилось, что слова президента могут иметь прямо таки магическое действие.
Первым отреагировал председатель Агентства по защите и развитию конкуренции Серик Жумангарин, сообщивший, что его ведомство предлагает два варианта решения проблемы – либо крупные участники рынка сами снижают стоимость ПЦР-тестирования до восьми тысяч тенге, либо его ведомство проведет по ним тщательное расследование, за которым скорей всего последует принятие решительных мер.
– Что будет, если мы обнаружим нарушения? Во-первых, до 5% от всего дохода компании за 2020 год, а не полученного только за счет проведения ПЦР-тестов на коронавирус, мы изымем в виде штрафа. Кроме того, будет изъят весь монопольный доход, который был получен за счет повышения цены компаниями. То есть, если справедливая цена была Х, а у них она Y, то разница между ними будет изъята, – охотно делился с журналистами возможным развитием событий главный антимонопольщик страны.
Сказать, что слова чиновника были услышаны, это не сказать ничего. Они не только были услышаны, но и мгновенно правильно поняты. И уже на следующий день после его выступления было торжественно объявлено о том, что две крупнейшие клинико-диагностические лаборатории Казахстана и Агентство по защите и развитию конкуренции республики подписали официальный акт о снижении стоимости ПЦР-анализа.
"В результате переговоров, компании "NVIVO" и "Олимп" добровольно снизили цены на ПЦР-тестирование до 9 тысяч тенге. Тем самым, центры проявили социальную ответственность во время карантина", – говорилось в выпущенном по этому поводу коммюнике.
Кстати, и упомянутое выше ТОО "Диамед Азия Тест" также смогло успешно выйти на рынок тест-систем.
Казалось бы, полный "хэппи-энд" (тем боле, что стоимость анализа постепенно продолжила снижаться и дальше, дойдя до 6,5 тысяч тенге). Но зато в ноябре прошлого года в республике вспыхнул новый скандал из-за увеличивающихся случаев ошибочных тестов, когда положительный результат, выданный одной лабораторией, впоследствии начисто опровергался результатами другой.
Подобные случаи ложноположительных и ложноотрицательных результатов ПЦР-тестов приняли настолько массовый характер (в первую очередь это касалось Восточного-Казахстана), что к оценке подключились серьезные специалисты, которые выдвигали самые разные версии происходящего, начиная от человеческого фактора и капризности зловредного COVID-19, когда сама пробирка может быть заражена извне, до низкого диагностического потенциала Казахстана в целом.
Наводить порядок взялись как в Нур-Султане, где на разных чиновничьих уровнях стали настойчиво интересоваться непонятной ситуацией, так и непосредственно на местах. В частности, аким ВКО Даниал Ахметов признал, что в области существует проблема с качеством ПЦР-диагностики, производимой частными лабораториями, и сообщил, что решить эту проблему призван ввод в действие семи новых государственных лабораторий:
– Для повышения качества, доступности и своевременной диагностики COVID-19 к действующим 13 ПЦР-лабораториям за счет местного бюджета дополнительно открываются семь, общей мощностью семь тысяч проб в сутки. На сегодня четыре уже функционируют, в ближайшее время приступят к исследованиям еще три. Все имеющиеся ПЦР-лаборатории составят единую областную сеть, мощностью до 16 тысяч проб в сутки…
Примерно в аналогичном ключе отреагировали и в других регионах, где чаще всего случались досадные ошибки при тестировании и вроде как и эта проблема постепенно стала спадать.
Остались только фальшивые справки как таковые. Причем, вначале само их наличие Министерство здравоохранения почему-то решило начисто отрицать:
– По официальным данным, в стране не выявили ни одной поддельной справки, – убеждал журналистов в конце прошлого года официальный представитель Комитета санитарно-эпидемиологического контроля Ержан Байтанаев. – На сегодняшний день фактов подделки справок, итогов ПЦР-тестирования на территории РК нет. У нас существует интегрированный портал, куда все данные по справкам вводятся, и наши сотрудники также могут проверять подделку или оригинальность справки…
Слова чиновника Минздрава, правда, входили в некоторое противоречие с данными МВД, а точнее – его региональных подразделений, практически параллельно озвучивающих совсем иную информацию:
– С поддельными справками пытались пройти на работу вахтовики "Тенгизшевройла". Однако работников уличили в фальсификации. В компании служебное расследование, – пресс-секретарь Атырауского областного департамента полиции Гульназира Мухтарова. – На северном блоке поста "Тенгиз" полицейские выявили работников, у которых медицинские справки вызвали подозрение. Они являются местными жителями. По этому делу проводится досудебное расследование по статье "Подделка, изготовление или сбыт поддельных документов". За использование заведомо подложного документа грозит штраф до 400 тысяч тенге или арест до 40 суток…
В настоящее время Минздрав наличие фиктивных ПЦР справок уже не отрицает и в марте этого года, комментируя информацию в СМИ о том, что в сети Telegram есть чат, в котором можно найти бланки с отрицательными результатами ПЦР-тестирования на Covid-19, где помощью графических редакторов в бланки нужно лишь вписать нужное имя и дату, чиновники министерства пояснили, что таковой противозаконный чат действительно есть, но проверить на подлинность эти справки при желании никакого труда не составит. Затем перечислили некоторые особенности справок подлинных и фальшивых и, в свою очередь, напомнили об уголовной ответственности за изготовление или сбыт поддельных документов.
В общем, подводя итог эпопеи с налаживанием в стране ПЦР-тестирования, можно отметить, что буквально за один год неусыпного и слаженного труда целого ряда государственных ведомств ситуацию с этим в общем-то несложным анализом наконец практически удалось в привести в цивилизованный вид. Много это или мало по времени, наверное, каждый решит для себя сам…

На лекарственном самообеспечении…
Параллельно с диагностикой возникли и проблемы с лечением. В настоящее время все болезни лечатся в стационарах согласно нормативным документам, довольно жестко устанавливающим рекомендации к медикаментозной терапии – иначе говоря, медицинским протоколам. Первый такой протокол по лечению короновируса появился в стране довольно быстро – 18 марта и, как сообщал тогдашний министр здравоохранения Биртанов, был разработан на основе методик китайских врачей. Среди прочих препаратов, он включал в себя такие противовоспалительные средства как парацетамол и ибупрофен. Чуть позже ибупрофен был признан ВОЗ не только бесполезным, но даже вредным и протокол сменился. Затем опять сменился, чуть позже смены стали регулярными и в результате к середине лета прошлого года медики уже руководствовались одиннадцатым по счету протоколом. Каждый раз в очередную редакцию вносили принципиально новые препараты. Причем весьма дорогостоящие, до этого времени широкого распространения не имевшие и, соответственно, в массовом порядке в больницы не поступавшие.
Например, в десятом протоколе значились "Гидроксилохлорохин" и "Лопиновир", в одиннадцатом их сменили "Ремдесивир" и "Фавипиравир". Минимальная цена одной упаковки того же "Гидроксилохлорохина" составляла 3,5 тысячи тенге. В принципе, более-менее терпимо. А вот стоимость упаковки "Лопиновира" (на пару с "Ритонавиром") доходила до 50 тысяч. Еще раз повторю – это официальные расценки аптек. Что же касается "сменщиков" этих препаратов в следующем протоколе, то порошок "Ремдисивера" стоил не менее 20 тысяч тенге и примерно столько же обходилась покупателю упаковка "Фавипиравир". Это только два препарата из каждого протокола. Полная же "протокольная корзина" обходилась покупателю не менее 170–200 тысяч тенге (при том, что как только появлялся очередной протокол, указанные в нем лекарства мистическим образом исчезали из большинства аптек, попадая в категорию крайнего дефицита со всеми "вытекающими последствиями"). Не было их в достаточном количестве и в стационарах, так что можно легко предположить, какие трудности и затраты предстояло испытывать тем родственникам больных, которым предлагалось найти искомые препараты самостоятельно.
Между тем, согласно законодательству, лечение COVID-19 должно было проводиться бесплатно, поэтому через некоторое время вопрос о компенсации за приобретенные пациентами за свой счет лекарства был напрямую задан журналистами только что назначенному главе Фонда социального медицинского страхования Болату Токежанову и управляющему директору Азамату Умертаеву.
Тем более, что накануне брифинга была распространена информация о том, что Фонд социального медицинского страхования увеличил тарифы на лечение пациентов с тяжелой формой коронавируса и пневмонией до 1,7 миллиона тенге, а на лечение самой легкой степени выделяется 292,6 тысячи тенге за одного пациента.
К сожалению, несмотря на настойчивые расспросы СМИ, оба чиновника так и не смогли дать внятного ответа, как будут производиться (да и будут ли вообще) те самые "компенсационные выплаты". С одной стороны, признавая некоторый дефицит лекарств в стационарах, должностные лица Фонда упирали на то, что все будет оплачено согласно протоколу. Но вот когда…
– Мы говорим, что по факту дополнительно будет оплачиваться. Вы знаете, принят новый протокол. Дополнительно будут оплачиваться дорогостоящие антикоагулянты, дорогостоящие лекарственные средства, и их пациентам не надо будет самостоятельно приобретать. Это будет оплачиваться Фондом медстрахования непосредственно медорганизациям. Мы в своем объеме финансирования будем предусматривать деньги на дополнительные лекарственные средства. Министерством рассматривается вопрос о расширении перечня…
Если посмотреть стенограмму этого брифинга, полностью опубликованную одним из республиканских изданий, то будет видно, что данный вопрос, что называется "ходил по кругу", задаваясь несколько раз и постоянно сопровождаемый примерно одинаково туманными ответами представителей фонда. Единственно, что еще удалось в тот день добиться журналистам, так это ответа о том, что все жалобы пациентов из-за приобретения дорогостоящих лекарств за свой счет будут рассмотрены:
– Мы эти факты мониторим, к нам также обращаются граждане с жалобами. Одной из функций фонда является защита прав пациентов, мы в роли омбудсмена будем разбираться, потому что к нам тоже поступают жалобы, когда пациентов просят покупать препараты из собственных средств. У нас солидарная система социального медицинского страхования, в соответствии с этим, кто ранее понесли карманные расходы (на лечение), мы через фонд будем возмещать… Сейчас алгоритм будет разрабатываться…
Как выглядел разработанный алгоритм компенсаций и сколько человек эти компенсации все-таки получили, к сожалению, официально нигде не сообщалось. Таким образом, о порядках сумм, которые граждане потратили на приобретение очередных протокольных лекарств (включая вынужденную переплату спекулянтам), можно только гадать. Накал страстей стал спадать лишь после того, как последний протокол стал окончательным и "СК-Фармация" через некоторое время все-таки решила проблему своевременных централизованных поставок препаратов в стационары…
Отдельной темой сразу после начала пандемии стало оснащение больниц аппаратами искусственной вентиляции легких.
Тема сложная, интересная и на сегодняшний день занимающая десятки томов уголовных дел по всей стране. Поэтому вполне возможно к более подробному разбору "полетов" мы еще вернемся впоследствии, а пока можно лишь вкратце упомянуть о том, что первые случаи коррупции при закупе ИВЛ начали расследовать еще летом прошлого года.
Как сообщало Агентство по противодействию коррупции, "в Костанайской области зарегистрировано досудебное расследование в отношении должностных лиц областной больницы по факту заключения договора на поставку мобильных аппаратов ИВЛ по стоимости, завышенной на 35%. При фактической цене 520 тысяч тенге за единицу, закуп планировался по 702 тысячи тенге".
При чем, как выяснилось, "аппетиты" должностных лиц из Костанайской области были весьма скромными по сравнению с их коллегами с юга страны:
"В Кызылординской области начато досудебное расследование в отношении двух заместителей руководителя управления здравоохранения по факту закупа стационарных аппаратов ИВЛ по цене 17,4 миллиона тенге за единицу, которая в три раза (!) превышает фактическую стоимость аппаратов".
Ну а некоторые промежуточные итоги, подвел в январе этого года, теперь уже бывший председатель агентства Алик Шпекбаев на отчетной коллегии по итогам 2020 года:
– В условиях пандемии отдельные беспринципные чиновники и топ-менеджеры восприняли свои должности как высокодоходный личный бизнес и занимались хищением антикризисных средств. Пресечены факты приобретения 132 аппаратов ИВЛ по завышенной стоимости на сумму более двух миллиардов тенге. В условиях пандемии, когда народ возлагал надежды на тех, кому делегированы властные полномочия, беспринципные чиновники и топ-менеджеры, не боясь ни закона, ни бога, занялись хищением бюджетных средств и получая на системной основе взятки. Обогащение на горе своего народа равносильно предательству и убийству…
В том, что оглашенные в январе этого итоги действительно являются промежуточными, можно, например, судить по недавнему уголовному делу, возбужденному в отношении бывшего руководителя управления здравоохранения Акмолинской области Сулена Ильясова, о котором говорилось в первой части этой статьи. А судя по тому, что проверки в этом направлении продолжаются, то вполне возможно, через некоторое время уже новый руководитель антикоррупционного ведомства Марат Ахметжанов "порадует" общество очередными материалами уголовных дел.
Кстати, на днях некоторые республиканские СМИ сообщили о начале досудебного расследования в отношении бывшего руководителя управления здравоохранения Актюбинской области Асета Калиева (этот пост он покинул в июне прошлого года, а с сентября 2020 года руководит здравоохранением Жамбылской области, куда переехал вслед за акимом Сапарбаевым). Если верить распространенной информации, чиновника подозревают в совершении растраты бюджетных средств в сумме более 75 миллионов тенге, выделенных на приобретение медицинского оборудования и изделий в рамках антикризисных мер по борьбе с коронавирусом.
Так это или нет, пока доподлинно неизвестно, по крайней мере, официальных заявлений со стороны следственных органов еще не озвучивалось.
Сам же чиновник, в комментариях журналистам был весьма лаконичен:
– Я сам только через соцсети узнал. Следствие разберется…
Вполне возможно, что следствие (если таковое действительно ведется) базируется на результатах проверки ревизионной комиссией деятельности актюбинского облздрава, проведенной осенью прошлого года. Тогда анализ цен, проведенный государственными аудиторами, помимо всего прочего, показал завышение стоимости закупаемого товара на 264,6 миллионов тенге. Например, больница скорой медицинской помощи закупила аппарат искусственной вентиляции легких за 22,3 миллиона тенге. При этом, максимальная рыночная цена на аналогичную модификацию прибора не превышает 17,5 миллиона тенге. Таким образом, разница между максимальной рыночной стоимостью и фактической ценой составила 4,8 миллиона тенге (завышение на 21,7%).
Впрочем, это лишь предположение. А что на самом деле интересует следствие и в чем, по словам самого чиновника, оно должно "разобраться", мы возможно узнаем через некоторое время.
Перечислить в рамках одного обзора абсолютно все способы наживы на последствиях пандемии вряд ли будет возможно. Поэтому мы ограничились лишь некоторыми, наиболее одиозными примерами (которые, вдобавок, имели массовый характер). К сожалению, говорить о полной победе над эпидемией короновируса пока невозможно. А значит, вполне возможно, что через некоторое время мы будем свидетелями появления новых лазеек и способов обогащения тех, кто нашел в пандемии стабильный источник дохода. И тогда разговор о бенефициарах от короновируса, безусловно, будет продолжен.

Источник - turanpress.kz
Постоянный адрес статьи - https://centrasia.org/newsA.php?st=1619238780
Новости Казахстана
- Рабочий график главы государства
- Мажилис одобрил законопроекты, закрепляющие внедрение прямых выборов сельских акимов
- Как вы управляете отраслью? - Нигматулин отчитал министра из-за заевшего микрофона
- Постановление Правительства Республики Казахстан от 24 апреля 2021 года № 266
- Постановление Правительства Республики Казахстан от 27 апреля 2021 года № 272
- Постановление Правительства Республики Казахстан от 28 апреля 2021 года № 279
- Постановление Правительства Республики Казахстан от 28 апреля 2021 года №280
- Азат Перуашев раскритиковал правительство за необоснованные траты госбюджета - выступление на пленарном заседании Мажилиса
- Кадровые перестановки
- Богатства природы идут с молотка
 Перейти на версию с фреймами
  © CentrAsiaВверх