Трамп против Сороса
В политическую силу грантоедское движение так и не превратилось, хотя отдельные шумные акции и проекты с ней, безусловно, были связаны, но долгоиграющего эффекта не получилось. В какой-то степени это связано с кадровым застоем - говорящие головы и их риторика не менялись десятилетиями, и уже порядком приелись аудитории

Данияр Ашимбаев, 15 сентября

Трамп начал крестовый поход на Сороса.

Новости с американских идеологических фронтов при всей своей запутанности вызывают местами явную симпатию к некоторым решениям Белого дома.

Вслед за разгромом USAID Трамп пошел в наступление против биржевого спекулянта и известного спонсора либеральных проектов Джорджа Сороса.

Миллиардер зашел на постсоветский рынок в начале 90-х в качестве филантропа и спонсора различных проектов, что первые годы встречало поддержку правительств и общественности.

Однако со временем стало ясно, что речь идет не просто о поддержке "духа свободы", а о создании сети институтов и кадров, работающих на интересы западных правительств и корпораций, в том числе и самого Сороса.

Справедливости ради отмечу, что некоторые проекты дали и определенный позитивный эффект, особенно в становлении аналитических, медийных, культурных и иных проектов, но это время давно закончилось.

Структуры, финансируемые Соросом, американским и европейскими правительствами быстро превратились в орудие идеологической борьбы, инструмент политического давления и катализатор свержения неугодных западу правительств.

В Казахстане фонд Сороса работает, если не изменяет память, с 1995 г. и вокруг него изначально собралась довольно интересная тусовка политологов, историков, культурологов, бизнесменов и журналистов.

Со временем в моду вошел термин "грантоеды", описывающий типичную клиентуру такого рода фондов. Вопреки ожиданиям создать либеральную оппозицию на базе таких фондов в Казахстане толком не получилось. Влияние на политическую жизнь страны оказалось достаточно локальным. Тусовка исправно осваивала бюджеты и порой выступала в качестве массовки для олигархической оппозиции.

В политическую силу грантоедское движение так и не превратилось, хотя отдельные шумные акции и проекты с ней, безусловно, были связаны, но долгоиграющего эффекта не получилось. В какой-то степени это связано с кадровым застоем - говорящие головы и их риторика не менялись десятилетиями, и уже порядком приелись аудитории.

"Оранжевые революции", в которых был максимально задействован потенциал подобных фондов, стали своего рода чертой, за которой авторитет либеральных проектов в наших широтах стал резко падать, а крупные структуры и персоналии вырастить не удалось.

В середине десятых годов методика деятельности западных фондов стала меняться. Наиболее одиозные проекты пошли на ребрендинг, а основной упор был сделан на интернет-проекты, направленные на переформироватирование исторической памяти, дискредитацию неугодных правительств, политиков и ценностей, а также поддержку всевозможных радикальных и деструктивных идей и фигур.

Многие правительства нашли наиболее грамотный инструмент против такого рода сетевых структур, маркируя их в качестве "иноагентов". Это вызвало бешеную истерику, поскольку смысл и был в том, что получая иностранное финансирование они должны были считаться на родине "национальными политиками". В Казахстане до этого не дошло, хотя Минфин стал публиковать списки СМИ, НПО и физлиц, получающих зарубежное финансирование.

Нужно отметить, что вся эта информационная помойка работала не только за пределами Америки и Европы, но и активно продвигала аналогичную повестку в метрополии с целью подрыва политического влияния традиционалистов и консерваторов. В какой-то момент противостояние либералов и консерваторов превратилось в форменный террор, однако в конце прошлого года на выборах победил республиканец Трамп. Агитсетка, впрочем, сохранила верность педофилам из Демпартии, а заодно и коррумпированной элите ЕС, что привело к соответствующим оргвыводам в Вашингтоне.

Трамп прикрыл USAID, а после убийства известного консервативного политика объявил войну Соросу и его структурам.

Нынешняя администрация США - конечно, не подарок, но при этом ее противники в Америке и Европе не могут не вызывать омерзения.

Ожидать снижения политического давления на Казахстан, Центральную Азию или "глобальный Восток", конечно, не приходится, но разгром одиозных институтов идеологического противостояния не может не вызывать симпатии.