У Британии есть за что ненавидеть Россию

Ирина Алкснис
03.11.2025

Выступая в ходе дебатов в палате лордов, бывший командующий Вооруженными силами Великобритании Николас Хоутон призвал увеличить оборонный бюджет страны для противостояния русской угрозе. Надо признать, что фельдмаршал и барон прав в своей оценке оборонной сферы Британии: та находится в ужасном состоянии, о чем регулярно говорят как профильные специалисты, так средства массовой информации.

Призыв британского экс-командующего обеспечить достойное финансирование оборонки для достижения поставленных целей, первой из которых является финансирование Украины, прозвучал на фоне других, не менее интересных новостей.

The Telegraph сообщила, что госдолг страны за 20 лет вырос почти втрое - до 2,9 триллиона фунтов, достигнув почти 100% ВВП. Это самый высокий рост среди всех экономик развитых стран. Издание открыто признало, что к такому результату привела неспособность длинной череды правительств жить по средствам.

А еще свежий опрос общественного мнения выявил, что партия Найджела Фараджа Reform UK достигла рейтинга в 32%, - что столько же, сколько у лейбористов и консерваторов, вместе взятых (по 16%). Причем обе главные партии страны оказались даже не на втором, а на третьем месте рейтинга, поскольку их обогнали еще и "Зеленые" с 17%.

Прочую информацию даже новостями назвать затруднительно, поскольку регулярные сообщения из Британии - об усугубляющемся убожестве каждого нового правительства и премьер-министра, о деиндустриализации в силу неподъемно высоких для промышленности цен на энергоресурсы, о бегстве богачей из-за налоговой реформы лейбористов, об обеднении среднего класса и просто о каком-нибудь "тресковом кризисе" (из-за санкций против России британцы организовали себе дефицит белой рыбы, превратив национальный "фиш энд чипс" в дорогостоящий деликатес) - стали привычными за последние годы. А уж про "издержки" миграционной политики и говорить не приходится. Хотя выходные принесли информацию о новой вершине политкорректности, взятой островными правоохранителями: страшное нападение в поезде двух темнокожих головорезов с ножами и с британским гражданством полиция не классифицирует как теракт.

Британия (пока она еще заслуженно имела приставку "Великая") оставила такой след в истории, что ее нынешнее состояние вызывает плохо скрываемое злорадство у значительной части человечества. Такое ощущение, что британский истеблишмент полностью выродился и стремительно ведет страну к суициду.

Но для России в данный момент актуален вполне практический вопрос: а к нам-то они чего так прицепились? Как может Лондон, находясь в столь тяжелом положении, продолжать ставить на уже откровенно битую украинскую карту? Как можно иступленно бороться с русской угрозой и быть готовым любой ценой поддерживать Киев?

Классическая теория утверждает, что дело в главном движущем механизме геополитики - дуализме суши и моря. А значит, две империи - сухопутная и морская, российская и британская - в любом воплощении и состоянии обречены на противостояние.

Однако есть подозрение, что в настоящий момент корень антироссийской политики Лондона стоит искать не в геополитике, а в психологии.

Британия веками служила миру примером стабильности национальной политики, преемственности элит и поддержания их в дееспособном тонусе. У России же особенность другая: умение возрождаться из бесчисленных кризисов и катастроф, преодолевать смертельные угрозы и справляться с экзистенциальными вызовами.

И вот теперь Британия столкнулась именно с таким тяжелым кризисом - когда на кону стоит само существование страны в том виде, как ее знает мир уже много веков. Однако, похоже, инструментов, навыков, традиций и алгоритмов справиться с таким испытанием у британских элит просто нет.

При этом у них перед глазами совсем свежий пример (тридцать лет - вообще не срок для истории), как их главный геополитический конкурент сумел в очередной раз возродиться из, казалось бы, тотальной национальной и государственной катастрофы.

А отсюда и ответ о причинах такой зацикленности Лондона на борьбе с Россией: зависть. Но не простая человеческая, а великая британская.