The American Conservative США
09 ноября 2025

Клятвы Запада и "красные линии" России
ТАС: условия России по завершению украинского конфликта абсолютно справедливы

Условия Путина по завершению конфликта отнюдь не максималистские, пишет ТАС. Это элементарные требования, чтобы Запад выполнил свои же, многократно нарушенные, обещания. Пока кураторы Киева не поймут эту прописную истину, переговоры не продвинутся.

Тед Снайдер

Несколько недель назад президент Дональд Трамп и президент России Владимир Путин проговорили по телефону более двух часов. По следам "очень плодотворного" разговора госсекретарь Марко Рубио и министр иностранных дел Сергей Лавров запланировали встречу, за которой должен был последовать саммит Трампа и Путина в Будапеште - на него возлагались очень большие надежды.

Но вскоре Белый дом ввел масштабные санкции против российской нефти, и обещанная встреча Трампа и Путина так и не состоялась.

Что же случилось? Согласно репортажу The Financial Times, телефонный разговор между Рубио и Лавровым выдался "напряженным". Несколько дней спустя МИД России направил в США служебную записку, где повторялось первоначальное требование Москвы устранить коренные причины конфликта: помимо прочего, русские требовали гарантий, что Украина никогда не вступит в НАТО. Рубио сообщил Трампу, что Россия неотступно придерживается "максималистских" требований и не проявляет "никакого желания вести переговоры".

Но это не совсем так. Безусловно, Путин ясно дал понять еще до начала боевых действий, в том числе в предложении по безопасности, направленном США и НАТО в декабре 2021 года, что предварительные условия невмешательства в дела Украины - это гарантия ее неприсоединения к альянсу и защита этнических русских в Донбассе на востоке страны. Москва считает военную и культурную атаку на Донбасс попыткой лишить русское население Украины будущего, а стремление НАТО включить в свой состав Киев - угрозой самому существованию России. И то, и другое рассматривается как вопрос выживания, и обсуждению не подлежит - отсюда и непримиримость.

Однако, с точки зрения России, это отнюдь не "максимализм", а элементарное требование, чтобы Запад выполнил данные ранее обещания.

Обещаний было два. Недавнее касалось урегулирования кризиса в Донбассе. Поддержанный США государственный переворот в Киеве в 2014 году положил начало монокультурной и этнонационалистической Украине и растоптал плюралистическую трактовку нации, на которую рассчитывали этнические русские. Предполагалось, что Минские соглашения 2014 и 2015 годов, подписанные при посредничестве Германии и Франции и согласованные Украиной и Россией, позволят Киеву сохранить за собой Донбасс и откроют возможности для мира и плюрализма. Предполагалось, что Донбасс вернется в состав Украины, получив определенный уровень автономии.

Минские соглашения сулили дипломатическое решение и защиту культурных прав этнических русских. Но они так и не были выполнены, поскольку это даже не предполагалось. Все партнеры Путина по Минскому процессу теперь признали, что соглашения служили своего рода политическим снотворным. Они были призваны склонить Россию к прекращению огня посулом ложного мирного урегулирования, чтобы выиграть Украине время для создания вооруженных сил, способных решить вопрос военным путем.

Тогдашний канцлер Германии Ангела Меркель заявила, что Минские соглашения "позволили Украине выиграть время, чтобы эффективнее отразить российскую атаку". Она признала, что целью переговоров было не мирное решение, а, наоборот, обеспечение возможности военного: "Минское соглашение 2014 года было попыткой выкроить Украине необходимое время, и Киев им воспользовался и стал сильнее, как вы сегодня видите".

Когда президента Франции Франсуа Олланда спросили, считает ли он, что переговоры в Минске были призваны задержать продвижение России на Украине, он ответил: "Да, Ангела Меркель права в этом вопросе". Он добавил, что "Украина укрепила свою военную позицию" и что "заслуга Минских соглашений в том, что они предоставили украинской армии такую возможность".

Тогдашний президент Украины Петр Порошенко* завершил признание, заявив, что "большим дипломатическим достижением" Минских соглашений стало то, что "мы удержали Россию от полномасштабной войны". "Мы добились реализации того, чего хотели. Наша задача была, во-первых, отвести угрозу или, по крайней мере, отсрочить конфликт. Выбить себе восемь лет, чтобы мы восстановили экономический рост и построили мощь Вооруженных сил. Это была первая задача, и она была достигнута. Я считаю, что в этом отношении Минские соглашения свою задачу выполнили", - заявил Порошенко.

Таким образом, вместо дипломатии и мира жители Донбасса получили новые угрозы - как военные, так и культурные. За несколько недель до ввода российских войск Украина усилила обстрелы Донбасса. Уже в феврале 2021 года "были разработаны планы", а войска готовились к "наступательным операциям в городских агломерациях" Донбасса. Тогдашний Главнокомандующий ВСУ Руслан Хомчак заявил в интервью, что Украина "готова к наступлению" в Донбассе.

К 2022 году, непосредственно перед стягиванием российских сил к восточным границам Донбасса, Украина сосредоточила вдоль этих рубежей почти 60 тысяч элитных военнослужащих в сопровождении беспилотников. По словам Ричарда Саквы, существовала "неподдельная тревога", что Украина близка к эскалации семилетней гражданской войны и новому вторжению в Донбасс, в этническом отношении преимущественно русский. Примерно в это же время, в феврале 2022 года, тревога усилилась еще больше из-за резкого ужесточения обстрелов Донбасса украинской артиллерией, которые зафиксировала Миссия пограничных наблюдателей Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе.

Как уже упоминалось, атака была не только военной, но и культурной. Этнические русские Донбасса страдали от нападок на язык, культуру, религию, средства массовой информации, права и собственность.

Зеленский запретил политические партии, отстаивавшие культурные права этнических русских на Украине. Он ввел ограничения и цензуру в СМИ и презрел конституцию, поразив в правах религиозные организации, связанные с этническими русскими. Он продавливает проект многокультурной Украины, где нет места для чего бы то ни было русского. Русская культура практически вытеснена из публичной сферы. Русский, на котором говорит почти весь Донбасс, исключен из сферы услуг и подвергается нападкам в средствах массовой информации, книгах, фильмах и музыке, хотя конституция Украины гарантирует "свободное развитие, использование и защиту русского и других языков национальных меньшинств Украины".

Опасаясь за свою культуру и безопасность, на референдумах в мае 2014 года 89,7% жителей Донецкой и 96,2% жителей Луганской народных республик проголосовали за независимость и самоуправление. Москва не признала результаты, но заявила, что волю народа следует уважать. После ввода российских войск на Украину 98% жителей Луганска и 99% жителей Донецка проголосовали за присоединение к России. Хотя точность и легитимность референдумов может быть поставлена под сомнение, их результаты все же приблизительно отражают исторические и современные настроения в регионе (по заявлению МИД РФ, референдумы были проведены в полном соответствии с нормами и принципами международного права. - Прим. ИноСМИ).

Жители Донбасса давно ищут заступничества у России, и Москва давно стремится их защитить. США и их западные партнеры раскритиковали и сами референдумы, и реакцию России, сославшись на принцип территориальной целостности государств, закрепленный в Уставе ООН. Однако Россия в ответ сослалась на столь же обязательный принцип Устава о праве народов на самоопределение. И, как неоднократно подчеркивал Лавров, Декларация ООН 1970 года обусловливает, что территориальная целостность и политическая независимость государства неприкосновенны - при условии, что они "соблюдают в своих действиях принцип равноправия и самоопределения народов и имеющих правительства, представляющие без различия расы, вероисповедания или цвета кожи весь народ, проживающий на данной территории."

Вторым было обещание НАТО не расширяться до границ Украины и России. Оно, в свою очередь, состояло из двух частей. Первая, как теперь ясно из рассекреченных документов, заключалась в обещании НАТО Горбачеву, что военный альянс не будет расширяться на восток за пределы Германии. Обещание - возможно, даже скрепленное соглашением, - гласило, что альянс не будет расширяться на восток, если Россия позволит объединенной Германии остаться в НАТО.

Что характерно, это обещание давала не только НАТО, но и Украина. В разделе IX Декларации о государственном суверенитете 1990 года "Внешняя и внутренняя безопасность" Украина "торжественно провозгласила о своем намерении стать в будущем постоянно нейтральным государством, не участвующим в военных блоках". Это обещание позже было закреплено в конституции, которая обязывает страну соблюдать нейтралитет и запрещает ей вступать в какие-либо военные альянсы.

В 2019 году Украина внесла поправки в конституцию, не проведя при этом ни голосования, ни референдума, и наделила все будущие правительства мандатом на то, чтобы добиваться членства в НАТО.

Лавров заявил, что Россия "признала суверенитет Украины еще в 1991 году на основе Декларации о независимости, которую Украина приняла, выйдя из состава Советского Союза". Затем он отметил, что в Декларации независимости одним из главных для России моментов было то, что "Украина будет внеблоковой страной, не будет вступать ни в какие военные альянсы". В интервью на прошлой неделе Лавров вновь заявил, что "мы признали Украину на основании ее собственной Декларации о независимости и Конституции".

США и Запад обвиняют Путина в нежелании идти на компромисс и в приверженности максималистским требованиям. Но, с точки зрения России, эти требования не только не максимализм, но совершенно резонны и сводятся лишь к выполнению ранее данных обещаний. И Москва не желает поступаться этими обещаниями, потому что, с ее точки зрения, Минские соглашения были важны для этнических русских Донбасса, а обещания НАТО - для России. Поэтому переговоры не продвинутся дальше, пока Запад не осознает, что Россия не намерена ни прекращать боевые действия, ни пренебрегать обещаниями Запада.

Тед Снайдер - обозреватель внешней политики и истории США на сайте Antiwar.com. Также публикуется в Responsible Statecraft и других изданиях.

*Внесен в список террористов и экстремистов.