Вашингтон делает Астану ключевым партнером США в атомной энергетике
В центре внимания американцев – подготовка специалистов для обслуживания АЭС в Казахстане и во всей Центральной Азии

Виктория Панфилова
Обозреватель отдела политики стран ближнего зарубежья "Независимой газеты"
25.12.2025

Казахстан и США расширяют сотрудничество в сфере гражданской ядерной энергетики. В рамках программы Госдепартамента США FIRST Институт ядерной физики в Алма-Ате получит современный симулятор малых модульных реакторов (ММР). Об этом сообщило на своем сайте посольство США в Астане. Новый учебный центр станет региональным хабом для всей Центральной Азии, обеспечивая подготовку кадров по высочайшим мировым стандартам безопасности. Параллельно Вашингтон активизирует политические контакты, подчеркивая растущую значимость Казахстана как стратегического поставщика ресурсов, необходимых для глобального технологического сектора Америки.

"Новый центр станет важным шагом в подготовке кадров для ускоренного внедрения американских ММР с надежными поставщиками, соответствующими самым высоким стандартам ядерной безопасности, защиты и нераспространения", – отметили в посольстве.

Симулятор ММР представляет собой реальный тренажер для инженеров и операторов атомной станции, но без настоящего ядерного топлива и радиоактивного риска. Проще говоря, это компьютерная модель реактора, которая полностью имитирует его работу. Симулятор позволяет моделировать любые ситуации – например перегрев, отключение насосов или утечку. Операторы учатся быстро реагировать, не подвергая опасности людей или оборудование.

Параллельно с этим американская строительная и инженерная компания, спроектировавшая сотни электростанций в США, приступила в Казахстане к технико-экономическому исследованию, которое позволит составить список наиболее перспективных технологий ММР для их установки в республике. Проект реализует Международный научно-технический центр (ISTC) в рамках программы Государственного департамента США FIRST. Она была создана США в 2019 году для помощи странам внедрять новые атомные технологии, соблюдая строгие стандарты безопасности, защиты и контроля за распространением ядерного материала. Казахстан стал первым партнером программы в регионе и участвует в этой программе с 2022 года, подтвердив, таким образом, статус ключевого союзника в развитии инновационной и безопасной энергетики.

"Эксперты подчеркивают: образовательные инициативы Вашингтона – это классический инструмент мягкой силы, нацеленный на подготовку лояльного пула специалистов и создание почвы для продвижения американских технологий ММР. Однако реальный ландшафт атомной энергетики Казахстана уже обретает четкие контуры. В поселке Улькен на берегу озера Балхаш начата реализация проекта первой АЭС большой мощности. Выбор в пользу международного консорциума во главе с Росатомом был сделан президентом Касым-Жомартом Токаевым после тщательного анализа предложений от ведущих мировых игроков – китайской CNNC, французской EDF и южнокорейской KHNP. Российский проект двух энергоблоков с реакторами ВВЭР-1200 был признан фаворитом благодаря оптимальному сочетанию качества и экономических параметров.

Несмотря на конкуренцию, Вашингтон не оставляет попыток упрочить свое влияние в республике. Внешнеполитический курс Дональда Трампа в отношении Центральной Азии диктуется жесткой геополитической целесообразностью. Но какое место на самом деле занимает Казахстан в глобальной стратегии США? По мнению экспертов, диалог по линии Астана–Вашингтон сегодня выглядит гораздо более последовательным и глубоким, чем с другими странами региона, сказала казахстанским СМИ американский политолог, аналитик в области международных отношений, эксперт по вопросам безопасности и трансграничным вызовам в Центральной Азии Айюши Сайни. По ее словам, исторически американский интерес был сосредоточен на безопасности вокруг Афганистана, и этот фактор до сих пор сохраняет свою актуальность. Однако примечателен другой факт: отсутствие Центральной Азии в Стратегии национальной безопасности США – 2025, а это указывает на то, что формально регион не входит в список главных приоритетов Белого дома. В этих условиях личные дипломатические контакты лидеров приобретают особый вес – они заполняют возникший "стратегический вакуум", делая взаимодействие во многом символическим, но от этого не менее значимым для обеих сторон.

На это указывает и состоявшийся на днях телефонный разговор между Дональдом Трампом и Касым-Жомартом Токаевым. Напомним, в центре обсуждения оказался украинский кризис. Президент Токаев прямо обозначил сложность ситуации, особенно в вопросе территориальных споров, подчеркнув: "Поиск компромиссов должен учитывать актуальные реалии на линии фронта". Казахстан, сохраняя статус нейтральной стороны, вновь подтвердил готовность предоставить Астану как площадку для диалога – жест "доброй воли", подтверждающий уникальную способность республики говорить на одном языке и с Востоком, и с Западом.

Дипломатический прорыв подкрепило сообщение Трампа о приглашении лидеров Казахстана и Узбекистана на саммит G20 в Майами. С президентом Шавкатом Миризиеевым Трамп также переговорил по телефону. Ранее, в ходе состоявшегося саммита в формате "Центральная Азия – США" Астана и Вашингтон подписали около 30 двусторонних соглашений на общую сумму 17 млрд долл., охватывающих промышленность, энергетику, цифровизацию, образование, инновации и инфраструктуру.

Узбекистан и США договорились о масштабных инвестициях в американскую экономику, оцениваемых более чем в 100 млрд долл. в ближайшие годы. В сентябре 2025 года Uzbekistan Airways подписала крупнейший в своей истории контракт с американским авиапроизводителем Boeing на приобретение до 22 широкофюзеляжных самолетов Boeing 787 Dreamliner.

Такое внимание к Центральной Азии – случай для Вашингтона беспрецедентный. Хотя в Астане это заслуженно считают триумфом казахстанской дипломатии. Эксперты указывают на прагматичный интерес Белого дома. Вашингтон рассматривает регион не через призму идеологических ценностей, а как критически важный противовес в треугольнике Россия – Китай – Ближний Восток. В этой системе координат Астана и Ташкент выступают ключевыми точками опоры, чей потенциал в сфере энергетики, добычи стратегических металлов, нефти и урана, а также логистики превращает их в незаменимых партнеров для США и идеально коррелирует с экономической повесткой Трампа.