Неожиданная угроза: Центральная Азия потеряла 100 километров земли

Жанат Ардак
23.03.26

Страны региона оказались перед серьезным вызовом.

Призрачный берег

Над просторами Центральной Азии сгущаются сумерки незримой, но фатальной угрозы. Регион, чей жизненный уклад веками диктовался течением речных вод, оказался перед лицом сурового вызова. Живительная влага, питающая шумные города и бескрайние пастбища, неумолимо убывает. Речные русла обнажают свое песчаное дно, вековые ледники в безмолвии гор отступают выше к пикам, а земля, еще вчера обещавшая щедрые плоды, сегодня покрывается глубокими шрамами трещин под беспощадным солнцем, пишет inbusiness.kz.

Казахстан, значительная часть территории которого и без того относится к засушливым зонам, чувствует этот кризис острее других. Власти пересматривают структуру посевов, резко сокращают площади некоторых сельхозкультур и даже наказывают должностные лица, допустившие несанкционированные посевы влагоемких культур. Иными словами, климатическая проблема постепенно превращается в экономическую и политическую. Впервые в Казахстане дефицит ресурса становится не сезонным неудобством, а системным ограничителем государственного развития.

Ученые также подтверждают: это не случайная прихоть природы, а начало глубокой системной деформации. Регион сталкивается с ускоряющимся опустыниванием – медленным, но устойчивым изменением ландшафта. Если тенденция сохранится, плодородные долины могут начать стремительно деградировать, превращаясь в сухие и безжизненные солончаки. И тогда для миллионов людей вопрос развития экономики отойдет на второй план – на первый выйдет первобытная борьба за выживание в условиях наступающей пустыни.

Дюна: хроника наступающих песков

Эксперты предупреждают, что последствия могут оказаться долгосрочными и структурными. Сокращение запасов воды прежде всего ударит по сельскому хозяйству – отрасли, которая в странах региона во многом зависит от искусственного орошения. Согласно исследованиям, опубликованным на платформе ScienceDirect, процесс опустынивания уже набирает обороты: около 14,8% земель стран ЦА подверглись опустыниванию в период с 1982 по 2020 год.

Другие климатические исследования показывают, что зона пустынного климата в регионе расширяется. С конца 1980-х годов страны ЦА из-за опустынивания уже потеряли не менее 100 километров плодородной земли, пишет Scientific American. Пустыня не ждет за горизонтом – она идет в наступление, захватывая метр за метром.

Главная драма разворачивается в верховьях: ледники отступают. Именно они питают крупнейшие реки региона – Сырдарья и Амударья, а также множество притоков, от которых зависит ирригация огромных сельскохозяйственных территорий. Когда ледники сокращаются, водная система региона теряет свой естественный "аккумулятор".

Эксперты говорят о риске масштабной трансформации региона. Caspian Policy Center рисует мрачную картину: территория ЦА, некогда известная плодородными полями и пастбищами, "находится под угрозой превращения в пустыню", поскольку вода исчезает из рек, водохранилищ и подземных источников – одновременно. Если эта тенденция продолжится, государства региона столкнутся не просто с временной засухой, а с глубокой экологической перестройкой всей хозяйственной системы. Без эффективного управления водными ресурсами, модернизации ирригации и координации между странами часть сельскохозяйственных земель может деградировать.

Тем временем текущая ситуация уже подтверждает тревожные прогнозы. В Центральной Азии в этом году будет меньше запасов поливной воды, сообщает портал Asia-Plus. Вегетационный сезон 2026 года регион встречает в состоянии "водного голода". Арал, этот памятник человеческой беспечности, в текущем межсезонье получил лишь две трети от того малого объема, что был ему обещан.

Синхронное истощение поверхностных и подземных вод указывает на гидрологический кризис замкнутого цикла. Утрата ледникового "буфера" означает, что регион будет полностью зависеть от ежегодных осадков, лишаясь стратегического резерва на случай засушливых лет. После 92-го заседания Межгосударственной координационной водохозяйственной комиссии были опубликованы официальные итоги межвегетационного периода 2025-2026 годов. В документе отражены объемы использования водных ресурсов странами региона, состояние крупнейших рек, а также уровень наполнения ключевых водохранилищ.

Амударья: зеркало дефицита

Бассейн Амударьи в межсезонье демонстрирует тревожную скудость. На февраль 2026 года водность реки едва достигла 67% от нормы, хотя годом ранее она была полноводной. Снижение притока отразилось на накоплении воды в Туямуюнском водохранилище, которое обмелело более чем на 600 миллионов кубометров. Из-за ухудшения ситуации промывные поливы в низовьях реки начались только 10 февраля, тогда как в прошлом сезоне их начали еще 15 декабря.

При этом страны региона далеко не всегда придерживаются принципов экономии воды. Например, Таджикистан полностью освоил выделенный лимит – 2073,4 млн кубометров, или 100%. Туркменистан использовал 3439,5 млн кубометров, что составляет 96% лимита. Лишь Узбекистан продолжает придерживаться более жесткого подхода к экономии – использовано 2600,4 млн кубометров, или 75,3% выделенного объема.

В дельту Амударьи и Аральское море за четыре месяца направлено 935 млн кубометров воды при плане 1400 млн кубометров – это около двух третей от запланированного объема.

Сырдарья балансирует на грани катастрофы

Не лучше складывается ситуация и в бассейне Сырдарьи. Общая приточность воды (водность) за вегетационный период составила:
- по норме – 29 млрд 494 млн м³;
- по прогнозу ожидалось 25 млрд 771 млн м³ (87% от нормы);
- фактически поступило 21 млрд 330 млн м³, что на 8 млрд 164 млн м³ меньше, или 72% от нормы.

Притоки к верхним водохранилищам Нарын-Сырдарьинского каскада также оказались ниже ожидаемых показателей:
- по норме – 18 млрд 531 млн м³;
- по прогнозу – 16 млрд 403 млн м³ (89% от нормы);
- фактически поступило – всего 14 млрд 471 млн м³, что на 4 млрд 060 млн м³ меньше, или 78% нормы.

К Токтогульскому водохранилищу приток:
- по норме составляет 9 млрд 827 млн м³;
- по прогнозу ожидался 9 млрд 336 млн м³;
- фактически поступило 9 млрд 123 млн м³, что на 704 млн м³ меньше, или 93% от нормы.

К Андижанскому водохранилищу приток:
- по норме составляет 2 млрд 927 млн м³;
- по прогнозу ожидался 2 млрд 268 млн м³;
- фактически поступило 1 млрд 927 млн м³, что на 1 млрд м³ меньше, или 66% от нормы.

К Чарвакскому водохранилищу приток:
- по норме составляет 5 млрд 777 млн м³;
- по прогнозу ожидался 4 млрд 799 млн м³;
- фактически поступило 3 млрд 421 млн м³, что на 2 млрд 356 млн м³ меньше, или 59% от нормы.

Боковая приточность по бассейну реки Сырдарья, от Токтогульского водохранилища до казахстанского Шардаринского водохранилища, за вегетационный период составляет:
- по норме – 10 млрд 963 млн м³;
- по прогнозу ожидалась 9 млрд 368 млн м³;
- фактическая боковая приточность составила 6 млрд 859 млн м³, что на 4 млрд 104 млн м³ меньше или всего лишь 63% от нормы.

Из Шардаринского водохранилища планировалось пропустить 5,8 млрд м³ воды, однако фактически выпущено только 3 млрд 292 млн м³.

Запасы воды в русловых водохранилищах на конец вегетации также оказались ниже прогнозных значений. Вместо ожидаемых 2 млрд 776 млн м³ фактически накоплено 1 млрд 983 млн м³, что на 793 млн м³ меньше плана. В Шардаринском водохранилище при прогнозе 1 млрд 5 млн м³ фактические запасы составили всего 429 млн м³, что на 576 млн м³ ниже прогнозного уровня.

Фактическая водоподача за вегетационный период распределилась следующим образом:
- Казахстан – при лимите 909 млн м³, фактически 644 млн м³;
- Кыргызстан – при лимите 270 млн м³, фактически 191 млн м³;
- Таджикистан – при лимите 1 млрд 905 млн м³, фактически 1 млрд 454 млн м³;
- Узбекистан – при лимите 8,8 млрд м³, фактически 7 млрд м³.

Снижение фактической приточности до 60-70% от нормы при сохранении прежних планов водопользования ведет к "кассовому разрыву" в водном балансе. Это ставит под угрозу энергетическую безопасность стран верховья (Кыргызстан, Таджикистан) и продовольственную безопасность низовья (Казахстан).

Министр воды в шоке

На 92-м заседании МКВК в Душанбе Казахстан представлял министр водных ресурсов и ирригации Нуржан Нуржигитов. По его словам, согласно расчетам гидрологической модели Talsim-NG, в бассейнах рек Сырдарья и Талас ожидается водность ниже многолетней нормы.

"Условия текущего года формируется под влиянием засушливого 2025 года: основные запасы влаги сосредоточились в среднегорных районах, тогда как в высокогорье их объем оказался ниже нормы. В результате вегетационный сезон 2026 года в южных регионах может пройти с повышенными рисками, особенно в Арало-Сырдарьинском и Шу-Таласском бассейнах", – подчеркнул министр.

В частности, объем воды в Токтогульском водохранилище в Кыргызстане составляет 7 млрд 610 млн кубических метров, что на 1,5 млрд кубометров ниже уровня 2025 года. В условиях дефицита электроэнергии водохранилище работает в режиме усиленной сработки (выпуска воды). В связи с этим прогнозируется, что к началу вегетационного периода водохранилище перейдет в режим накопления. Соответственно, это может оказать негативное влияние на подачу воды по межгосударственному каналу "Достык" для нужд Мактааральского и Жетысайского районов Туркестанской области.

"В связи с этим акиматам областей необходимо строго придерживаться лимитов водозабора и ограничить посевы влаголюбивых культур. В частности, по Туркестанской области по каналу Достык предлагается полностью исключить посевы риса, по Кызылкумскому каналу ограничить – до минимального 3,5 тыс., а по Кызылординской области – не более 70 тыс. га", – проинформировал Нуржигитов.

По его сведениям, Шардаринское водохранилище переведено в режим накопления, что при сохранении графиков позволит обеспечить подачу в Кызылординскую область только 1,3 км³ воды. Кроме того, существует риск недобора воды в Кировском водохранилище по Шу-Таласскому бассейну. Данное водохранилище считается основным источником питьевой и поливной воды для Жамбылской области. На сегодняшний день его объем составляет 314 млн кубических метров, что в полтора раза (!) ниже уровня прошлого года. Ожидается, что к 1 апреля объем воды в водохранилище составит примерно 400-410 млн м3. С учетом долей распределения воды это позволит Казахстану получить всего 285 млн кубометров, в то время как минимальная потребность составляет 400 млн м3! То есть, впервые даже минимальные потребности могут оказаться не обеспечены.

"Особую обеспокоенность вызывают объекты, наполняемые из внутренних источников, такие как Богенское и Бадамское водохранилища в Туркестанской области, а также ряд водохранилищ в Жамбылской области, чьи показатели значительно ниже прошлогодних. Для минимизации рисков в 2025 году филиалы Казводхоза провели механизированную очистку 1840 км ирригационных каналов, что значительно превышает темпы прошлых лет", – добавил министр.

По словам министра, аналогичная ситуация складывается на водохранилищах Терис-Ашыбулак, Караконыз, Какпатас, Жартас и Буркитты в Жамбылской области. В связи с этим, а также учитывая, что в прошлом году вегетационный период в данных регионах прошел в очень сложных условиях, акиматам двух областей поручено принять меры по ограничению посевных площадей сельскохозяйственных культур, требующих большого количества влаги.

Казахстан вводит режим жесткой экономии воды

В Алматинской и Жетысуской областях под председательством заместителя премьер-министра Каната Бозумбаева прошли совещания по вопросам подготовки к вегетационному периоду 2026 года. На данных совещаниях была отмечена необходимость строгого соблюдения лимитов водопотребления, дальнейшего сокращения посевных площадей влаголюбивых культур и обязательного внедрения водосберегающих технологий как основного элемента растениеводства. Помимо этого, с учетом складывающейся водохозяйственной обстановки, лимиты водопользования по Жамбылской области снова пересматриваются в сторону уменьшения.

В этих условиях Казахстан вынужден переходить к режиму жесткой экономии воды, а правительство – к политике "железного кулака" в вопросах водопользования. Премьер-министр категоричен: за каждый лишний гектар влагоемких культур фермеры будут лишены воды полностью, а убытки не покроет ни один бюджетный тенге. Глава кабмина Олжас Бектенов подчеркнул, что отныне одной из ключевых задач становится резкое и беспощадное сокращение площадей влаголюбивых культур (рис, хлопок, пщеница) и активное внедрение водосберегающих технологий. Акиматам регионов и уполномоченным ведомствам необходимо обеспечить строгое исполнение индикаторов по диверсификации структуры посевных площадей.

"Министерство водных ресурсов должно предотвратить случаи подачи воды сверх утвержденных лимитов. Это актуальный вопрос, и я хочу повторить: МСХ утвердило соответствующий график по диверсификации посевных площадей, и вся дальнейшая работа должна вестись строго в соответствии с этим графиком. Например, если хозяйству установлено 100 гектаров, и завтра будет засеяно хотя бы на 1 гектар больше, мы не дадим ни капли воды! Если завтра, нарушив показатели, утвержденные МСХ, у фермеров возникнут убытки, ни один тенге из бюджета компенсирован не будет. Это нужно открыто донести до людей", – строго наказал Олжас Бектенов.

Он заявил, что данный вопрос находится на его личном контроле. Ранее, в 2025 году по итогам проверок должностные лица, допустившие несанкционированные посевы влагоемких культур, были привлечены к ответственности, сообщает правительство. По словам министра сельского хозяйства Айдарбека Сапарова, в южных регионах продолжается оптимизация площадей водоемких культур. Так, площадь риса сокращена на 20,2 тыс. га. В хлопководстве оставят в покое только тех, что перешел на современные технологии: площади под капельным орошением увеличатся на 29,8 тыс. га и составят 79,8 тыс. га.

"В рамках выполнения поручений Президента мы пересмотрели индикаторы диверсификации. Общая посевная площадь в текущем году составит порядка 23,8 млн га, что на 180 тыс. га больше прошлого года. При этом площади под пшеницу будут сокращены сразу на 125 тыс. га", – подчеркнул Айдарбек Сапаров.

Проблема дефицита воды настолько серьезна, что ее поднимали и на уровне президентского послания. Во исполнение поручения президента и в рамках борьбы с нерациональным использованием ресурсов минводы совместно с Генпрокуратурой реализует специальную дорожную карту по ликвидации так называемого черного рынка воды. В 2025 году бассейновыми водными инспекциями за незаконный забор воды уже наложено 365 штрафов на общую сумму 75,2 млн тенге. По данным минводы, выявлены случаи замены культур с низкой водоемкостью (хлопчатник, люцерна и др.) на водоемкие культуры (рис) без согласования с водоснабжающей организацией.

В начале вегетационного периода приказом министра Нуржана Нуржигитова по всей стране были созданы мониторинговые группы для выявления и предупреждения незаконного водозабора. В ходе деятельности групп сформирована рабочая методика, основанная на использовании цифровых инструментов агромониторинга (в том числе дронов) и дистанционного зондирования земли.

Министерство планирует до 2027 года провести комплексные поисково-разведочные работы по выявлению новых источников подземных вод в 5 регионах страны: Акмолинской, Западно-Казахстанской, Костанайской областях, а также в областях Жетісу и Ұлытау. Все это уже вынужденная мера "военного" мобилизационного типа. Однако без коренной модернизации магистральных каналов, где теряется до 40% влаги и других мер, одни лишь карательные меры по диверсификации посевов дадут лишь временный эффект.

Центральная Азия уже вступает в эпоху, когда вода становится главным стратегическим ресурсом. И от того, насколько быстро страны региона научатся управлять им, будет зависеть не только урожай будущих лет, но и само будущее этого огромного и уязвимого региона.

Таким образом, начинается эпоха дефицита базового ресурса – воды. А дефицит ресурса, как показывает мировая практика, почти неизбежно превращается в источник экономических и политических напряжений. Вода – это не только экология. Это сельское хозяйство, продовольственная безопасность, энергетика, региональные отношения и, в конечном счете, социальная стабильность. Странам необходимо научиться управлять ограниченным ресурсом в условиях растущего спроса. История показывает, что в таких ситуациях успех зависит не столько от количества воды, сколько от качества институтов, технологий и кооперации между странами.