Геополитическое соперничество США и КНР в сфере подводной кабельной инфраструктуры

1. Предмет и актуальность проблемы

Подводные волоконно-оптические кабели являются критически важной инфраструктурой XXI века, обеспечивая передачу более 95% глобального интернет-трафика и межконтинентальных финансовых транзакций. Контроль над этими магистралями определяет технологическое доминирование, экономическую безопасность и возможности для стратегического шпионажа. В Индо-Тихоокеанском регионе (ИТР) кабельные сети стали ключевой зоной прокси-противостояния между Вашингтоном и Пекином.

2. Предпосылки конфликта и позиции сторон

Долгое время на рынке доминировал западный консорциум компаний из США (SubCom), Франции (Alcatel Submarine Networks) и Японии (NEC). Баланс сил изменился с выходом на рынок КНР.
• Стратегия КНР (с 2008 г.): В рамках государственной программы "Цифровой шелковый путь" китайская компания Huawei Marine Networks (после ребрендинга - HMN Tech) начала демпинговать на рынке, модернизировав или проложив около 25% всех мировых подводных линий к началу 2020-х годов. Цель Пекина - построить независимую от США цифровую экосистему и замкнуть на себе трафик развивающихся стран.
• Стратегия США (с 2019 г.): Белый дом расценил экспансию КНР как прямую угрозу национальной безопасности. В 2020 году была запущена инициатива Clean Network ("Чистая сеть"), нацеленная на полную изоляцию китайских технологических компаний от глобальных узлов связи. США используют санкции, дипломатическое давление и финансовые субсидии, чтобы вытеснить КНР из международных проектов.

3. Основные узлы противостояния

• Блокада Гонконга: Правительство США заблокировало коммерческие проекты технологических гигантов Google и Meta по прокладке прямых высокоскоростных кабелей из Калифорнии в Гонконг. Причина - опасения, что спецслужбы КНР получат физический доступ к трафику через законы о нацбезопасности.
• Перехват контрактов: Наглядным примером послужил проект кабеля SeaMeWe-6 (Сингапур - Франция). Изначально контракт выиграла китайская HMN Tech, однако под давлением Вашингтона, предложившего участникам консорциума гранты и скидки, подряд перешел к американской SubCom. В ответ китайские инвесторы вышли из проекта.
• Борьба за Тихий океан: США, Австралия и Япония совместно субсидируют прокладку кабелей для малых островных государств Микронезии и Полинезии, чтобы не допустить заключения ими контрактов с Пекином.

4. Стратегические последствия и риски (на 2026 год)

1. Технологический раскол ("Сплинтернет"): Глобальная сеть распадается на две изолированные зоны влияния - американскую и китайскую. Трафик распределяется по геополитически "надежным" маршрутам.
2. Бюрократические войны в Южно-Китайском море: КНР усложнила выдачу разрешений на прокладку и ремонт кабелей в пределах своей "девятипунктирной линии". Это приводит к многомесячным задержкам в обслуживании международных линий судами западных компаний.
3. Военные риски: Подводные коммуникации стали первоочередной целью для саботажа в случае потенциального военного конфликта (например, вокруг Тайваня). Стороны активно развивают технологии глубоководного шпионажа (подключение к кабелям на дне) и противодействия ему.

***

Подводные кабели меняют стратегическую карту Индо-Тихоокеанского региона
Контроль над коммуникациями становится еще одним направлением соперничества Китая и США

Руслан Полончук
Независимая газета
10.11.2026

Об авторе: Руслан Андреевич Полончук – старший научный сотрудник Института Китая и современной Азии РАН.

В конце октября Тайвань сообщил о присутствии в западной части Тихого океана 53 китайских судов, включая 34 боевых корабля и авианосец "Ляонин". Япония также заявила о проходе китайских кораблей через пролив Осумми. Пекин объясняет действия флота плановыми учениями, однако подобная активность заставляет задуматься не только о контроле над морскими маршрутами. Под водой проходят кабели, от которых зависят международная связь, работа банков и цифровых сервисов. В случае военного конфликта они могут стать самостоятельной целью, а борьба за подводную инфраструктуру – частью противостояния военно-морских сил.

Эта проблема особенно актуальна для Индо-Тихоокеанского региона. Здесь сосредоточены крупные экономики, важнейшие торговые пути и растущая группировка военно-морских сил Китая, США и их союзников. Одновременно через регион проходят десятки международных кабелей, обеспечивающих обмен данными между Азией, Америкой, Австралией и Европой. Их надежность имеет значение не только для бизнеса. От нее зависят государственные коммуникации, финансовые операции и работа критически важных цифровых систем.

По подводным кабелям передается более 99% международного интернет-трафика. При этом они остаются почти незаметной частью глобальной инфраструктуры. В отличие от военных баз, аэродромов и кораблей кабельные трассы скрыты под водой и тянутся на тысячи километров. Их сложно постоянно контролировать, а повреждение не всегда можно отличить от обычной аварии. Кабель может быть задет якорем или рыболовным оборудованием, но нельзя исключать и преднамеренное воздействие.

Именно в этом заключается одна из особенностей возможной подводной войны. Для нарушения связи необязательно атаковать крупный порт или выводить из строя целую сеть. Повреждение нескольких линий может увеличить нагрузку на оставшиеся маршруты, замедлить передачу данных и нарушить связь между отдельными регионами. При этом установить виновника бывает непросто. Даже если государство подозревает диверсию, доказать ее преднамеренный характер значительно сложнее, чем зафиксировать открытое военное нападение.

Присутствие китайских кораблей в западной части Тихого океана само по себе не свидетельствует о намерении Пекина воздействовать на подводные кабели. Однако оно обращает внимание на более широкий вопрос: как государства будут защищать критически важную инфраструктуру в акваториях, где растет военная активность. В современном конфликте значение имеют не только контроль над морем и возможность перекрывать торговые пути, но и сохранность коммуникаций, проходящих по морскому дну.

Масштаб проблемы растет вместе с самой кабельной сетью. В Индо-Тихоокеанском регионе в период с 1992 по 2030 год насчитывается 170 действующих или планируемых кабельных систем. К концу 2025 года 122 линии проходили по традиционным маршрутам, а еще 70 новых кабелей были построены или запланированы на 2022–2030 годы. Иными словами, регион не просто наращивает пропускную способность: меняется сама география цифровых коммуникаций.

Крупнейшими узлами остаются Сингапур и Гонконг. В 2025 году к Сингапуру подходили 32 международных кабеля, к Гонконгу – 14. Их положение объясняется близостью к большим рынкам и развитой телекоммуникационной инфраструктурой. Но концентрация линий в нескольких узлах создает и дополнительные риски.

Китай развивает собственную сеть в том числе с учетом этой задачи. В мае 2026 года кабель Asia Link Cable протяженностью около 6100 км достиг Гонконга. Он связывает Гонконг, Хайнань, Сингапур, Вьетнам, Филиппины, Малайзию и Бруней. В проекте участвуют 12 операторов, включая China Unicom и China Telecom. Вместе с кабелем SEA-H2X новая линия создает дополнительные маршруты между Гонконгом, Хайнанем и Сингапуром.

Для Китая такие проекты важны не только с коммерческой точки зрения. Чем больше независимых линий связывают страну с внешними рынками, тем проще распределять трафик между маршрутами и поддерживать связь при повреждении отдельного участка. По данным China Unicom, пропускная способность пары волокон в системе Asia Link Cable достигает 27 Тбит/с, а задержка передачи данных составляет около 32 миллисекунд. Рост облачных вычислений и ИИ повышает спрос на эти мощности.

Особенно серьезно к этому вопросу относится Япония, которая примерно на 99% зависит от подводных кабелей в международных коммуникациях. В июле 2026 года японская экспертная группа завершила подготовку предложений по повышению их защищенности. Среди рассматриваемых мер – создание маршрутов и береговых точек подключения, наблюдение за кабельными трассами, защита прибрежных объектов и ускорение реагирования на подозрительную активность судов.

Одновременно формируется новая сеть кабелей, связывающая страны Восточной и Юго-Восточной Азии. Проект Asia United Gateway East протяженностью около 8900 км должен к 2029 году соединить Сингапур, Бруней, Индонезию, Малайзию, Филиппины, Южную Корею, Тайвань и Японию. Среди участников – Amazon Web Services, Microsoft, Singtel и телекоммуникационные компании Японии и Южной Кореи. Этот проект показывает, насколько тесно цифровая инфраструктура связана с интересами крупнейших технологических корпораций.

Новые линии прокладываются и в направлении Австралии и островных территорий Тихого океана. Проекты Oman Australia Cable, Dhivaru и Umoja должны расширить возможности связи с районами Индийского океана. Дополнительное значение приобретают Гуам, Фиджи, Французская Полинезия и остров Рождества. В южной части Тихого океана на 2022–2030 годы запланировано проложить 22 международные кабельные линии.

Для небольших островных государств новые кабели означают более надежный доступ к цифровым услугам и международным рынкам. Но одновременно растет стратегическое значение самих островов и расположенных на них узлов связи. Если от одного объекта зависит работа коммуникаций в соседних районах, он становится важным элементом региональной инфраструктуры. Поэтому решения о прокладке кабелей все чаще имеют не только коммерческий, но и политический смысл.

Для России происходящее важно прежде всего как показатель изменения стратегической обстановки в Азии. Подводные коммуникации становятся еще одним элементом соперничества Китая и США, в которое вовлечены Япония, Южная Корея, Австралия и страны Юго-Восточной Азии. Китайские проекты усиливают связи КНР с региональными партнерами, тогда как американские технологические компании участвуют в создании кабельной инфраструктуры, связывающей страны – союзницы Вашингтона.