П.В. Густерин

Дочь Востока - гордость Пакистана

Перевод некролога, опубликованного в газете The New York Times, с комментариями переводчика.

Беназир Бхутто, участница политических событий в Пакистане на протяжении трех десятилетий, скончалась в возрасте 54-х лет

Беназир Бхутто, убитая в четверг в возрасте 54 года в пакистанском городе Равалпинди, провела три десятилетия в бурном и зачастую жестоком мире пакистанской политики, став в 1988 г. первой женщиной, демократически избранной на пост главы современной мусульманской страны.

Будучи весьма противоречивой личностью, самопровозглашенная "дочь Пакистана" дважды избиралась премьер-министром и дважды смещалась с должности на фоне череды обвинений в коррупции, которые в конечном итоге вынудили ее отправиться в изгнание в Лондон, Нью-Йорк и Дубай на большую часть последнего десятилетия. Она вернулась домой всего два месяца назад, несмотря на угрозы жизни, и начала свою предвыборную кампанию на третий срок, позиционируя себя как оплот против исламского экстремизма и трибун демократии.

Теракт, сочетавший взрыв и стрельбу, в результате которого она погибла, когда выходила с политического митинга, стоя через открытую крышу своего автомобиля, чтобы поприветствовать толпы сторонников, произошел во время серии массовых встреч, которые проводила Бхутто по всему Пакистану. Она делала это, несмотря на призывы ее помощников к осторожности после двойного теракта смертников, едва не унесшего ее жизнь в ночь ее возвращения из изгнания в октябре. Этот теракт, в результате которого погибло более 130 человек, произошел, когда она ехала из аэропорта Карачи в свой дом на набережной города, и вызвал характерную реакцию.

"Мы продолжим встречаться с общественностью", - сказала она, посещая выживших после взрывов в больнице Карачи. "Нас это не остановит".

Когда ее попросили объяснить мужество - или упрямство, как это видели некоторые из ее критиков, - которое она проявляла в критические моменты своей политической карьеры, Бхутто часто ссылалась на пример, который, по ее словам, подавал ее отец, Зульфикар Али Бхутто . Он был харизматичным и часто демагогичным политиком, занимавшим посты президента и премьер-министра в 1971-1977 гг. (Президент Пакистана в 1971-1973 гг.; премьер-министр Пакистана в 1973-1977 гг. - П.Г.), прежде чем был повешен в апреле 1979 г. по обвинению в организации убийства мелкого политического оппонента.

Бхутто[-отец] был основателем в 1967 г. Пакистанской народной партии, политической силы, на которой он, а позже и его дочь, пришли к власти. Как и его дочь, Бхутто[-отец] годами боролся с влиятельными пакистанскими генералами. Он был отстранен от должности и в конечном итоге казнен по приказу генерала Мухаммеда Зия-уль-Хака (Президент Пакистана в 1978-1988 гг. - П.Г.), одного из длинной череды военных правителей, которые доминировали в Пакистане без малого 40 из 60 лет с момента его обретения независимости после раздела Британской Индии (В 1947 г. - П.Г.).

Находясь в заключении в то время, Бхутто разрешили навестить отца перед его казнью в центральной тюрьме Равалпинди, расположенной недалеко от места митинга, где она была убита почти три десятилетия спустя. В 1990-х годах в интервью BBC она сказала, что вид готовящегося к смерти отца закалил ее для собственной политической карьеры, которая, по мнению некоторых биографов, отчасти была обусловлена решимостью отомстить за него, перехитрив генералов.

История насилия

Насилие пронизывало всю ее семейную жизнь, до такой степени, что ее поклонники сравнивали семью Бхутто, как по их вкладу в политическую жизнь Пакистана, так и по цене, которую они за это заплатили, с семьей Кеннеди, а ее враги, указывая на ожесточенную семейную вражду Бхутто, сравнивали их с семьей Борджиа. Младший из двух братьев Бхутто, Шахнаваз, скончался при загадочных обстоятельствах от отравления в 1985 г. в квартире, принадлежавшей Бхутто, в Каннах, Франция. Французские следователи заявили, что подозревают семейную вражду из-за многомиллионного наследства от Зульфикара Бхутто, но никаких обвинений предъявлено не было.

Другой брат Бхутто, Муртаза, который вместе с Шахнавазом основал террористическую группу, стремившуюся свергнуть генерала Зию, провел долгие годы в изгнании в Сирии. Когда Муртаза наконец вернулся в Пакистан в 1994 г., он быстро вступил в ожесточенный спор с Бхутто по поводу политического наследия семьи и, как он тогда сказал репортеру, по поводу денег, которые, по его словам, его отец поместил в швейцарский банк, когда был премьер-министром. В 1996 г. Муртаза был застрелен возле своего дома в Карачи, и его вдова, Гинва, обвинила в этом Асифа Али Зардари, мужа Бхутто. Мать Бхутто, Нусрат, родившаяся в Иране, встала на сторону Муртазы в споре и была уволена Бхутто с поста председателя Народной партии. "Я и не подозревала, что взрастила в своей груди змею", - сказала она тогда о своей дочери.

Бхутто, родившаяся 21 июня 1953 г., первенец в семье, с удовольствием рассказывала друзьям, что она была любимицей своего отца. Одна из самых дорогих сердцу историй из ее детства связана с тем, как отец призывал ее отказаться от традиционных мусульманских представлений о роли женщины и стремиться к большему, чем просто жить дома. По ее словам, он передавал ей эти мысли через рассказы о Жанне д'Арк и Индире Ганди.

После обучения в частной христианской школе в Карачи, где семья владела роскошным особняком, Бхутто училась в Рэдклифф-колледже, получив степень бакалавра в Гарварде в 1973 г., а затем в Оксфорде, где в 1976 г. получила вторую степень бакалавра. В Оксфорде она стала первой азиатской женщиной, занявшей пост президента Оксфордского союза, престижного дискуссионного общества, которое воспитало нескольких британских премьер-министров.

В своих мемуарах она описала, какой была жизнь молодой женщины в Гарварде. "Я была среди множества женщин, которые чувствовали себя такими же свободными от ограничений, связанных с их полом, как и я", - написала она. В Оксфорде она переняла западный образ жизни, проводя зимы на швейцарском горнолыжном курорте Гштаад. Позже она рассказывала, что в то время ее увлечениями были чтение королевских биографий и "легкомысленных" романов, а также прогулки по лондонскому универмагу Харродс - привычка, которую она сохранила на протяжении всей своей жизни.

После окончания Оксфорда Бхутто внезапно оказалась в самом центре пакистанской политики после ареста ее отца генералом Зия в 1977 г. и его казни 18 месяцев спустя. В своих мемуарах Бхутто описала свою последнюю встречу с отцом через металлическую решетку в тюрьме Равалпинди. "Но я не плакала. Папа сказал мне не плакать", - вспоминала она.

С этого момента, как позже говорила Бхутто, она решила свергнуть генерала Зия с власти. Но в августе 1988 г. генерал и американский посол Арнольд Рафел погибли в авиакатастрофе военного самолета на юге Пакистана. Три месяца спустя, когда ей было 35 лет, Бхутто выиграла всеобщие выборы и сформировала свое первое правительство, но была свергнута президентом Пакистана в 1990 г., проработав менее половины своего срока. В 1993 г. она выиграла вторые выборы, но снова была отправлена в отставку в 1996 г.

Ее достижения на посту президента были немногочисленны. В последующие годы она утверждала, что подавила исламских боевиков, заложила прочную основу для демократии, отменив многие ограничения гражданских свобод, введенные генералами, и дала толчок экономике, особенно во время своего второго срока, привлекая поток иностранных инвестиций. Но в обоих случаях она была отправлена в отставку под давлением военных по обвинениям в коррупции и некомпетентном управлении. Ее свержение в обоих случаях вызвало лишь спорадические протесты по всему Пакистану.

Сложности и противоречия

Бхутто, женщина со сложными и часто противоречивыми инстинктами, была политиком, которая на публичных площадках представляла себя знаменосцем обездоленных масс Пакистана, борцом за гражданские свободы и за неограниченную демократию. Но она нажила врагов своей властной и импульсивной манерой поведения на посту премьер-министра в отношениях с правительственными чиновниками, дипломатами и журналистами, а также тем, что ее критики описывали как склонность к политической мести. Она вспоминала, как отец учил ее важности обмана в политике, уроки, которые, по ее словам, она отвергла в пользу открытости. Но американских чиновников обеспокоил ее рассказ о ее роли в секретной пакистанской программе создания ядерного оружия. В последние годы она утверждала, что пакистанские военные держали ее в неведении относительно программы создания оружия, и что впервые узнала о ней на брифинге ЦРУ в Вашингтоне в 1989 г.

В интервью два года назад (В 2005 г. - П.Г.) для документального фильма, снятого газетой The New York Times и Канадской телерадиовещательной корпорацией, она заявила, что, находясь на посту, также не знала, что А. К. Хан, глава пакистанской ядерной программы, продавал ядерные технологии другим государствам, включая Ливию и Северную Корею. Однако, по рассказам соратников доктора Хана, после визитов в Северную Корею в 1990-х годах Бхутто вернулась в Исламабад с северокорейскими проектами ракет, предназначенных для установки на них пакистанских боеголовок.

В своих мемуарах, [написанных в] 1989 г., опубликованных под названиями "Дочь Востока" и "Дочь Судьбы", она упрекала репортеров за то, что они обращали внимание на ее одежду - почти всегда традиционное свободное платье, предпочитаемое пакистанскими женщинами, - заявляя, что ей безразличны такие вещи, как одежда. Но среди своих помощников и пакистанских дипломатов, которые часто сопровождали ее в зарубежных поездках за покупками, она приобрела репутацию любительницы дорогих украшений и обуви в элитных магазинах Беверли-Хиллз, Лондона и Парижа.

Критики часто объясняли ее высокомерие и изысканный вкус чувством собственного превосходства, как дочери Зульфикара Бхутто и как видного члена богатой семьи землевладельцев из хлопководческой южной провинции Синд. Эгалитарный кредо, которое Бхутто проповедовала как политик, находил мало отклика в жизни обедневших мужчин и женщин, многие из которых были наемными рабочими, обрабатывавшими родовые земли семьи.

После ее второго увольнения с должности в 1996 г., по словам ее подруги, ощущение Бхутто своей неразрывной связи с судьбой Пакистана способствовало действиям, которые привели к тому, что пакистанские следователи обвинили ее и Зардари в хищении до 1,5 млрд долларов с государственных счетов.

Британские и американские частные детективы, работавшие на правительство ее политического соперника Наваза Шарифа, представили объемный документ, в котором, по их словам, прослеживались многомиллионные откаты, выплаченные супругам в обмен на получение государственных контрактов, а также сеть банковских счетов по всему миру, использовавшихся для сокрытия этих денег. Бхутто и Зардари категорически отвергли эти обвинения, заявив, что их обвинители хотели сместить ее с власти.

Уголовные расследования финансовых операций супругов были начаты в Великобритании, Испании и Швейцарии, среди прочих стран. Однако дела против супругов в Пакистане годами затягивались в судах, а дела против Бхутто в конечном итоге были прекращены амнистией, предоставленной президентом Пакистана Первезом Мушаррафом (Президент в 2001-2008 гг. - П.Г.) в рамках сделки, заключенной при посредничестве США, которая открыла Бхутто путь в Пакистан осенью для участия в выборах, назначенных [президентом] Мушаррафом на январь.

Попытка США вернуть ее к власти в Исламабаде отражала ее неустанные усилия в годы изгнания по поддержанию связей с политической и медийной элитой в Вашингтоне и Лондоне, где она постоянно предсказывала, что Пакистану однажды понадобится ее возвращение и возвращение к власти.

Среди ее друзей брак Бхутто с Зардари, который находился в Дубае, когда ее убили, рассматривался как ключевой для понимания многих проблем, возникших в ее жизни в годы после казни отца. Брак в 1987 г. был договорным, по мусульманской традиции. Ее мать выступила в роли брачного посредника. Зардари происходил из скромной семьи предпринимателей, владевших кинотеатром.

Сама Бхутто трезво говорила о том, что подразумевает собой договорный брак, отмечая, что пять лет домашнего ареста - и, ненадолго, тюремного заключения - при генерале Зие оставили ей мало возможностей для ухаживаний. Но друзья с интересом наблюдали за развитием ее отношений с Зардари. Красивый, с внешностью мачо, который, как говорила Бхутто друзьям, поначалу казался ей смешным, он стал важной фигурой в двух правительствах, занимая пост в ее кабинете во время второго срока и играя ключевую роль в одобрении иностранных инвестиций.

Прозвище Зардари среди пакистанцев, "Господин 10 процентов", отражало широко распространенное мнение о том, что именно он втянул Бхутто в финансовые махинации, сыгравшие важную роль в ее решении отправиться в изгнание. Зардари, арестованный до ее отъезда, провел восемь лет в тюрьме, но так и не предстал перед судом и был освобожден [президентом] Мушаррафом, после чего ему разрешили покинуть Пакистан.

Бхутто никогда не отступала, защищая своего мужа. "Время покажет, что он - Мандела Пакистана", - сказала она.

У пары был сын, Билавал, и две дочери, Бахтвар и Асефа. 19-летний Билавал осенью начал учебу в Оксфорде. Девочки остались с отцом в Дубае.

The New York Times
29 декабря 2007 г.

См.:
Как и за что был казнен Зульфикар Али Бхутто
https://centrasia.org/newsA.php?st=1779217200

Израильский след в смерти Мухаммеда Зия-уль-Хака
https://centrasia.org/newsA.php?st=1777540800